andrewbek_1974 (andrewbek_1974) wrote,
andrewbek_1974
andrewbek_1974

Меч из Мордовии.

Пример научной публикации по мечу эпохи викингов.
Александр Алексеевич Беговаткин, научный сотрудник Института археологии РАН (г. Москва) ЦЕНТР И ПЕРИФЕРИЯ. 2012. № 3




В конце 1980-х гг. в окрестностях с. Пурдошки Темниковского района Мордовии при разработке карьера по добыче щебня был обнаружен железный меч с бронзовой рукоятью, относящийся по классификации A. Н. Кирпичникова к типу А-местный и датирующийся около 1000 г.1 Судя по словам жителя г. Темникова Н. А. Казабаранова, работавшего в то время в карьере, данный меч находился в погребении с железным топором и шлемом, а также с накладками на поясной набор или на уздечку. Меч поступил на хранение в Темниковский историко-краеведческий музей имени адмирала Ф. Ф. Ушакова (ОФ № 2380). Судьба остальных предметов из этого захоронения неизвестна.

В 1992 г. меч из окрестностей с. Пурдошки был опубликован B. Н. Шитовым совместно с сотрудником Мордовского республиканского объединенного краеведческого музея В. Д. Артемовой2. Позднее им же был подготовлен свод мечей, обнаруженных на территории Мордовии3. В этих работах всесторонне анализируются представленные в Мордовии разновидности данного клинкового оружия, определяется хронология, а также делается предположение относительно путей проникновения его на мордовские земли.

С середины 1990-х гг. в своих исследованиях к мечам типа А-местный обращался литовский археолог В. Казакявичус4. В частности, он опубликовал результаты металлографического анализа фрагмента перекрестия меча подобного типа из Visetiskes (северо-восточная Литва) и пoдобрал аналогии мечам типа A-местный с растительным орнаментом на территории Восточной Европы и Северной Европы5.

Mеч из окрестностей с. Пурдошки — четвертая опубликованная находка подобного рода на территории Европы. Среди ближайших аналогов В. Казакявичус указывает на фрагмент меча с утраченным навершием из Киева6, а также на фрагмент перекрестия меча, который происходит из Kungs Husby в Швеции7. К тому же это наиболее хорошо сохранившийся образец мечей типа А-местный, для которого характерна богатая орнаментация в виде растительной плетенки, расположенной на рукояти. Необходимо добавить, что меч из окрестностей с. Пурдошки — единственный древнерусский меч X в. типа A-местный, который находится в Государственном Музейном Фонде Российской Федерации.
Кроме упомянутого В. Казакявичуса в работе, вышедшей в 2008 г., «К истории контактов между Швецией и Южной Русью в XI-XII веках» Ф. А. Андрощук выделил на основании орнаментации три варианта мечей типа A-местный8. Первый вариант условно назван «Киев». Эти мечи отличают орнамент на перекрестии, состоящий из переплетения сдвоенных растительных побегов, и бронзовая рукоять с орнаментальным мотивом в виде чешуи9. Наверший ни на одном из мечей этого варианта на момент написания статьи Ф. А. Андрощуку не было известно10. Второй вариант в рассматриваемой статье назван «Карабичев — Рязань». Данная разновидность выделена на основании находок в Восточной Европе рукояти меча в Караби-чеве и навершия в Рязани. Этот вариант отличает оформление растительным мотивом в византийском стиле. В качестве оснований для подобного вывода автор приводит аналогичные мотивы некоторых росписей Софийского собора в Киеве. И наконец, третий вариант, по классификации Ф. А. Андрощука, выделен как «Глуховцы». Данная разновидность представлена одним мечом, обнаруженным на территории Украины. Рукоять глуховецкого меча богато декорирована двумя различными орнаментами. Основание навершия и перекрестие имеют следы серебряной инкрустации с мотивом переплетающихся лент. Бронзовая рукоять украшена комбинацией растительного мотива и узлов. По мнению Ф. А. Андрощука, стиль декорирования данной рукояти очень близок орнаментации варианта «Киев»11.

Детальному рассмотрению навершия с территории бывшей Рязанской губернии (известному в археологической литературе как навершие из Старой Рязани) посвящена статья «Навершие меча из собрания Государственного Исторического музея»12. Соглашаясь с возможностью выделения внутри типа A-местный нескольких вариантов, авторы считают необходимым отметить следующее. Мечи, включенные А. Н. Кирпичниковым в тип A-местный, неоднородны по морфологии, технологии изготовления и орнаментации деталей рукояти. В отдельную группу, по мнению С. Ю. Каинова и С. А. Стефутина, следует объединить мечи из Карабичева, Киева и с территории бывшей Рязанской губернии. Для них характерны единые: а) технология изготовления — полое литье из латуни; б) технология исполнения орнаментации – чернение; в) морфология навершия — четкое разделение, подчеркнутое выпуклым валиком (или валиками), на основание и головку, в свою очередь, также поделенную на три сегмента13.

В типологии А. Н. Кирпичникова включенные в тип А-местный мечи из Глуховцов и Краснянки отличаются двухчастными навершиями, деталями рукояти, изготовленными из железа, а также технологией орнаментации — инкрустация или плакировка.

Внутри этой группы, как и предлагает Ф. А. Андрощук, исходя из орнаментации, можно выделить несколько вариантов мечей типа А-местный: вариант 1 («Карабичев»); вариант 2 («Киев»); вариант 3 (бывшая Рязанская губерния). И с некоторыми оговорками можно добавить еще один вариант — вариант 4 («Паланга»)14.

Карта находок типа А-местный (вариант «Киев») и фрагментов их перекрестий с орнаментом в виде переплетения сдвоенным растителъныгх побегов: 1 — Kunds Husby (Швеция); 2 — Visetiskes (Литва); 3 — Киев (Украина); 4 — Пурдошки (Россия, Мордовия)



Однако, несмотря на столь подробное рассмотрение в археологической литературе мечей типа А-местный и их вариантов, вне поля зрения основной массы специалистов остается меч, найденный в Мордовии.
В 2009-2010 гг. меч из с. Пурдошки в числе других уникальных предметов археологии из фондов Мордовского республиканского объединенного краеведческого музея был отреставрирован во Всероссийском художественном научно-реставрационном центре им. И. Э. Грабаря. Реставрация меча была осуществлена в отделе металла заслуженным работником искусств, художником-реставратором В. Е. Петровым и художником-реставратором А. И. Сивовым.

В процессе реставрации клинок меча был расчищен от продуктов коррозии металла, затем после термической обработки осуществлено восполнение утрат. Для этого с целью придания первоначального облика на сохранившуюся основу был нанесен дополнительный слой, имитирующий железо, покрытое коррозией. Детали рукояти были очищены от окислов меди и свинца. Перекрестие меча было склеено, а затем все детали рукояти были закреплены на клинке.

При реставрации меча в ВХНРЦ им. И. Э. Грабаря заведующая сектором отдела физико-химических методов исследований А. Я. Мазина провела металлографический анализ клинка и деталей рукояти. При исследовании клинка меча из с. Пурдошки для выяснения состава металла был применен метод рентгено-флуоресцентного спектрального анализа. В результате был определен следующий состав клинка: железо (99,30 %), медь (0,40 ), цинк (0,30), марганец (0,03 %).

Как уже отмечалось в публикациях В. Н. Шитова, все детали рукояти полые внутри. Толщина стенок составляет 2 мм. Взвешивание показало, что общий вес деталей рукояти составляет 326,5 г. Навершие весит 152,2 г, трубка рукояти — 75,4, перекрестие — 98,9 г.

Для определения состава металла были взяты пробы отдельно с каждой детали рукояти. Также были сделаны пробы для выяснения состава черни на отдельных частях рукояти. Исследование проводилось несколькими методами: а) микроскопии в отраженном свете; б) микрохимии; в) рентгено-флуоресцентного спектрального анализа. Была осуществлена фотофиксация проб.

Меч до реставрации и после





Металлографический анализ показал, что перекрестие и навершие выполнены из похожего сплава, представляющего собой бронзу с низким содержанием олова. В составе сплава трубки олова еще меньше, чем в бронзе перекрестия и навершия. Черневой орнамент нанесен с помощью сплава, содержащего свинец в значительно большем количестве, чем бронза основы. Он представляет собой темные окислы свинца и меди.

Изложенные факты позволяют вновь обратиться к рассмотрению данного артефакта, поскольку выявились новые обстоятельства относительно технологии изготовления и хронологии мечей типа А-местный.

Обратимся к орнаментации рукоятей мечей типа A-местный. По мнению В. Н. Шитова, орнамент состоит из неглубоких бороздок, заполненных чернью15. В. Казакявичус считает, что первоначально элементы рукояти были протравлены кислотой, затем углубления были заполнены смесью медного порошка и серы. Рукоять была затем нагрета и отполирована16. Похожий метод нанесения черни описан в работе Т. И. Макаровой «Черневое дело Древней Руси»17.
Детальный осмотр рукояти меча из с. Пурдошки показал, что наиболее вероятной представляется точка зрения, высказанная В. Н. Шитовым. В верхней части навершия до реставрации были отчетливо видны канавки, в которых черневая смесь отсутствовала. Глубина и характер стенок канавок свидетельствуют, что детали рукояти отливались с заранее нанесенным контуром углублений под орнамент.

Для сравнения в качестве примера можно привести данные металлографического анализа фрагмента перекрестия меча из Visetiskes, опубликованные В. Казакявичусом. В случае с перекрестием меча из Visetiskes применялось чернение медными сплавами, содержащими большое количество серы и небольшие доли свинца, кальция, олова и цинка.

Сравнение результатов металлографических анализов деталей рукояти меча из с. Пурдошки и фрагмента перекрестия меча из Visetiskes показывает, что исследованные образцы, несмотря на различное содержание элементов все-таки близки по составу. Это позволяет предположить, что перед нами, вероятнее всего, продукция одного из ремесленных центров Древней Руси. К этому же выводу пришел и В. Казакявичус18. Ранее точка зрения о древнерусском происхождении мечей типа А-местный была высказана польским археологом В. Сарновской19 и поддержана литовской исследовательницей Р. Волкайте-Куликаускиене20.
Для определения времени изготовления меча из с. Пурдошки большое значение имеет орнаментальная композиция рукояти. Центральное место на навершии рукояти занимает стилизованное изображение лица. Круги, расположенные в центре, символизируют глаза, а ромб, находящийся ниже, по всей видимости, рот, окаймленный усами и бородой. На боковых частях навершия — помещены триквестры с завернутыми в спираль концами, представляющие собой, по мнению В. Д. Артемовой и В. Н. Шитова, солярные знаки21.

В. Д. Артемова и В. Н. Шитов акцентировали внимание на семи знаках, расположенных в нижней части навершия, при пересечении орнаментальных линий. Знаки расположены слева направо в такой последовательности: кольцо; темный овал, повернутый верхней частью влево; кольцо с точкой посередине; большое кольцо со смещенной влево точкой; светлый овал с двумя перемычками, повернутый верхней частью вправо; малое кольцо; светлый овал с одной перемычкой посередине, повернутый верхней частью вправо. Однако авторы не дают интерпретации указанных знаков. Вполне возможно, в данном случае мы имеем дело либо с зашифрованной надписью — оберегом владельца, либо с символами семи определенных объектов.

Трубка рукояти пурдошанского меча покрыта орнаментом в виде чешуи. Это дает основание считать общую композицию рукояти художественным отображением либо мифа о схватке Перуна с его змееподобным врагом Змилуаном22, либо мифической схватки Тора и мирового змея Ермунганда перед концом мира. Битва Тора с мировым змеем была широко распространенной темой изображений на щитах, о чем свидетельствуют щитовые драпы (стихотворения, в которых описываются картины, воспроизведенные на дорогом щите, подаренном конунгом скальду)23. Сложность ситуации заключается в том, что миф о Перуне восстанавливается лишь частично по его следам в белорусской и некоторых других славянских традициях. К тому же военные дружины на Руси были в большинстве своем полиэтничными, что приводило к смешению различных культов.
Представляется логичным, что излюбленный сюжет изображений на щитах послужил основой для орнаментальной композиции бронзовой рукояти меча из Пурдошек. В качестве подтверждения данного утверждения может служить меч из Фощеватой, где рукоять, орнамент которой выполнен в скандинавской традиции, смонтирована с клинком, изготовленным древнерусским мастером Людотой24.

Появление мечей с рукоятями, орнаментированными в традициях дружинной культуры, можно связать с попыткой в 980 г. киевского князя Владимира I, опиравшегося на дружины наемников, утвердить новый пантеон языческих богов во главе с покровителем воинских дружин – богом грома Перуном. Предпринятая религиозная реформа потерпела в итоге неудачу. В 988 г. Киевская Русь приняла христианство. К последовавшему за принятием христианства периоду можно отнести мечи с наличием на клинке вместо традиционного клейма мастера — фрагмента христианской молитвы.

Находки, связанные происхождением с дружинной средой Восточной Европы, определенно свидетельствуют, что часть мордовской территории в конце X - начале XI в. оказалась под сильнейшим влиянием древнерусского государства. Об этом также могут свидетельствовать и религиозные верования мордовского народа — в частности, культ бога-громовика Пурьгинепаза у мордвы-эрзи. По мнению известного мордовского фольклориста А. М. Шаронова, мордва в период формирования мифа о Пурьгинепазе вначале в составе Новгородского княжества, а затем и Киевской Руси имела активные этнические, военные и культурные контакты с прибалтийско-литовскими и финскими племенами, а также с древнерусской народностью. Эти контакты и обусловленные ими связи могли в известной мере способствовать появлению сходства в мифологии названных народов, в том числе в имени и образе эрзянского Пурьгинепаза, литовского Перкунаса, русского Перуна, финского Пиру, эстонского Пикне25.

Реконструкция орнамента на пурдошанском мече



Как известно, в дружинах Владимира I и его сыновей было много скандинавов, балтов и финно-угров. Безусловно, наемники принимали самое активное участие в военных походах. Исходя из изложенного, можно предположить, что в составе войска древнерусских князей на правах наемников-федератов вполне могли оказаться и представители мордвы. Следовательно, такое дорогостоящее оружие, как пурдошанский меч, а также предметы со знаками Рюриковичей, могли проникать на мордовскую территорию непосредственно с их носителями.

На основании изложенных фактов наиболее вероятным представляется, что меч, обнаруженный в окрестностях с. Пурдошки, был изготовлен в одном из ремесленных центров Киевской Руси в период между 980-988 г. Это не противоречит фактам, изложенным в работе А. Н. Кирпичникова, датировавшего киевский меч около 1000 г., на основании орнамента в виде ленточного плетения с восточной пальметкой, известной на поясных бляшках из погребений дружинников26. Также предложенная в данной статье датировка не противоречит и хронологии кургана № 12 в Visetiskes, комплекс которого датируется в пределах X и XI столетий. По мнению В. Казакявичуса, в конце X или в начале XI столетия меч, сделанный в Киевской Руси, был привезен в Visetiskes, где при неизвестных обстоятельствах он был разбит, и фрагмент его перекрестия попал в курган № 1227.

1. См.: Кирпичников А. Н. Древнерусское оружие. Вып. 1. Мечи и сабли IX — XIII вв. // САИ. Вып. Е1 — 36. М. ; Л., 1966. С. 35-36.

2. См.: Артемова В. Д., Шитов В. Н. Два меча XI в. из Темниковского Примокшанья // Древние поселения Примокшанья : тр. НИИЯЛИЭ при Совете Министров МССР. Саранск, 1992. Вып. 104. С. 143-149.

3. См.: Шитов В. Н. Мечи X-XI вв. на территории Мордовии // Историко-археологическое изучение Поволжья. Йошкар-Ола, 1994. С. 44-49.

4. См.: Kazakevičius V. IX-XIII a. baltų kalavijai. Vilnius, 1996 и др.

5. См.: Kazakevičius V. The find of an East European sword quillon in a barrow in Visetiškes, Anykščiai district, Lithuania // Fornvannen. 1999. № 87. P. 175-179.

6. См.: Кирпичников А. H. Указ. соч. С. 129. Табл. XI.

7. См.: Kazakevičius V. The find of an East European... P. 177. Fig. 6.

8. См.: Андрощук Ф. А. К истории контактов между Швецией и Южной Русью в XI-XII веках // ДІЄСЛОВО. Киев, 2008. С. 100-111.

9. Там же. С. 101. Рис. 2.

10. Там же. С. 101.

11. Там же. С. 102.

12. См.: Каинов С. Ю., Стефутин С. А. Навершие меча из собрания Государственного Исторического музея // Образы времени. Из истории древнего искусства: тр. / ГИМ. М., 2012. Вып. 189.

13. Там же.

14. Там же.

15. См.: Артемова В. Д., Шитов В. Н. Указ. соч. С. 144.

16. См.: Kazakevičius V. The find of an East European... P. 176.

17. См.: Макарова Т. И. Черневое дело Древней Руси. М., 1986. С. 12.

18. См.: Kazakevičius V. The find of an East European... P. 178.

19. Cm.: Sarnowska W. Miesze wszesnosredniowieczne w Polsce // Swiatowit. Warszawa, 1955. T. 21. S. 276-323.

20. Cm.: Volkaitė-Kulikauskienė R. IX-XII amžių kalavijai Lietuvoje // Iš lietuvių kultūros istorijos. IV. Vilnius, 1964. Vol. 4. P. 197-226.

21. См.: Артемова В. Д., Шитов В. Н. Указ. соч. С. 145.

22. См.: Мифы народов мира. М., 1994. Т. 2. С. 307.

23. Там же. С. 519.

24. См.: Кирпичников А. Н. Указ. соч. С. 41.

25. См.: Шаронов А. М. Мордовский героический эпос: сюжеты и герои. Саранск, 2001. С. 64.

26. См.: Кирпичников А. Н. Указ. соч. С. 36.

27. См.: Kazakevičius V. The find of an East European... P. 179.
Tags: 8-11 век, Средневековье, викинги, меч, холодное оружие
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 10 comments